В Нижнем Тагиле, в историко-техническом музее «Дом Черепановых», стоит железный двухколёсный велосипед весом почти 43 килограмма. Переднее колесо большое, заднее маленькое, руль узкий, от сиденья до педалей 93 сантиметра. По легенде, на такой машине крепостной мастер Ефим Артамонов в 1801 году доехал с Урала до Москвы. Но металл колеса выплавлен в мартеновской печи, а первую такую печь на Нижнетагильских заводах пустили в 1876 году.
Велосипед придумали не на Урале. Первую двухколёсную «машину для бега» показал в 1817 году барон Карл Драйс из Мангейма, педали к переднему колесу приделали в Париже в 1860-х, а привычный велосипед с цепью на заднее колесо построил англичанин Джон Кемп Старли в 1885 году. Нижнетагильский музей-заповедник подписывает свой экспонат просто: «Железо, ковка. 2 пол. XIX в.».
Кто на самом деле изобрёл велосипед?
Не уральский крепостной. 12 июня 1817 года Драйс выехал из Мангейма на деревянной машине с двумя одинаковыми колёсами. Педалей не было: седок сидел верхом и отталкивался ногами от земли. До станции смены лошадей на дороге в Шветцинген и обратно — около 14 километров — он доехал за час. В августе того же года Драйс попросил у великого герцога Баденского привилегию на свою «машину для бега» и в январе 1818-го её получил.
Одна из машин из наследства Драйса хранится в Городском музее Карлсруэ. Её выкрасили в цвета Бадена, жёлтый и красный, а после 1848 года перекрасили в цвета Германии. Изобретение за несколько лет добралось до Америки, но его остановили разбитые дороги и запреты властей. Сам Драйс так и не наладил большого производства и умер в бедности в 1851 году в Карлсруэ.
Следующий шаг сделал парижский кузнец и каретный мастер Пьер Мишо. Он приделал к переднему колесу машины Драйса кривошипы с педалями и с 1864 года продавал такие велосипеды. На Парижской выставке 1867 года их показали публике. В Англии новинку прозвали «костотрясом».
Велосипед, похожий на нынешний, появился в Англии. В 1885 году в Ковентри вышел Rover — «безопасный» велосипед Старли. Цепь шла на заднее колесо, поэтому оба колеса стали одного размера, а седок сел ниже, ближе к земле. Рама — ромб, шины — из сплошной резины. Лондонский Музей науки, где хранится Rover 1885 года, пишет, что с таких машин велосипед и стал массовым — у мужчин и у женщин.
Откуда взялся Артамонов
Из «Исторического очерка уральских горных заводов» 1898 года. Автор, горный деятель В. Д. Белов, происходил из семьи служащих Нижнетагильских заводов. В очерке сказано, что во время коронации императора Павла, «следовательно в 1801 г.», мастеровой Артамонов бегал на своём велосипеде и за это получил свободу. Но Павла короновали 5 апреля 1797 года, а в 1801-м, 15 сентября, — Александра I. Ссылки на документ Белов не дал.
В 1910 году краевед И. Я. Кривощеков повторил эту историю в «Словаре Верхотурского уезда», заменив Павла на Александра. Потом о ней надолго забыли. В 1948 году историк техники В. В. Данилевский в книге «Русская техника» написал, что об Артамонове «сохранились рассказы», и добавил в примечании: железный велосипед в Нижнетагильском музее «скорее всего, несколько более позднего происхождения».
Дальше легенда обрастала подробностями, которых нет ни в одном документе. У Артамонова появились имя и отчество — Ефим Михеевич, годы жизни и маршрут пробега. Пермский краевед А. К. Шарц в 1960 году в журнале «Уральский следопыт» приписал ему ещё водяную мельницу для откачки воды из барж и паровую коляску-самоход. Большая советская энциклопедия 1950–1951 годов признала первенство Артамонова.
Настоящий тагильский изобретатель на коронации 1801 года всё же был. Заводской механик Егор Кузнецов по прозвищу Жепинский показал Александру I свои дрожки. Император велел выкупить его у заводчика Н. Н. Демидова, и в 1804 году Кузнецова с семьёй и с племянником Артамоном отпустили на волю. В письме министра юстиции князя П. В. Лопухина от 28 мая 1804 года упомянуто одно изобретение — дрожки.
Что показала экспертиза
В 1976 году доктор технических наук Г. Н. Лист заметил, что тагильский велосипед по устройству и размерам почти совпадает с английской моделью «Паук» 1880 года. В 1983 году историки Л. Е. Майстров и Н. А. Вилинова при участии профессора В. С. Виргинского написали в журнале «Вопросы истории естествознания и техники»: не найдено ни одного документа, что на Урале жил крепостной изобретатель Артамонов.
Сотрудницы Нижнетагильского музея Татьяна Комшилова и Светлана Клат искали следы Артамонова в архивах Перми и Ленинграда. Камер-фурьерские журналы 1796, 1797 и 1801 годов, бумаги канцелярии, куда в 1801 году присылали проекты изобретений, журналы «Велосипед» и «Самокат» конца XIX века — нигде нет ни Артамонова, ни его машины.
В 1987 году по заказу музея лаборатория Нижнетагильского комбината сравнила образец, вырезанный из колеса, с демидовским железом рубежа XVIII–XIX веков с клеймом «CCNAD». Металлы не совпали. Колесо выплавлено в мартеновской печи на кислом поду, это подтвердил и Уральский институт чёрных металлов. Инженер-металлург профессор В. И. Довгопол заключил: велосипед сделан «не ранее 70-х годов XIX века».
В музей он попал в 1923 году из расформированного Верхотурского музея, без сопроводительных бумаг. Откуда он взялся в Верхотурье, неизвестно до сих пор. У Белова, между прочим, Артамонов на своей машине не ехал, а бегал.
