Историю о кошачьей почте Льежа обычно рассказывают так: в 1879 году бельгийское общество выдало 37 кошкам письма в непромокаемых сумочках, и первая вернулась домой меньше чем за пять часов. Газеты тех лет говорят другое. Почты не было. Была шутка нью⁠-⁠йоркского юмориста — и настоящие кошачьи бега, где победительнице досталась корзина, пара ваз и 30 франков.

Шутка вышла в The New York Times 4 марта 1876 года: заметка «Почтовые кошки». Её автор — журналист и юморист этой газеты Уильям Олден (1837⁠–⁠1908). Через год он включил заметку в сборник «Домашние взрывчатки и другие фантазии шестой колонки». Следов общества, о котором шла речь, в источниках так и не нашли.

Что написала The New York Times

Почти всё, что потом пересказывали. Олден сообщал, что «некие бельгийцы» основали общество умственного и нравственного совершенствования кошек и хотят поручить им работу почтовых голубей. Кошку ведь невозможно потерять: завяжи её в мешок, увези за двадцать миль — к утру она сидит у двери родной кухни.

Недавно, продолжала газета, Бельгийское общество возвышения домашней кошки пригласило 37 льежских кошек на загородную прогулку в мешках. В два часа дня их выпустили далеко от города. Первая была дома в 6:48 вечера и лишь намекнула, что не отказалась бы от блюдечка молока. Остальные вернулись в течение суток.

Дальше Олден обещал регулярное кошачье сообщение между Льежем и соседними деревнями. Письма повесят животным на шею в непромокаемых сумочках, и дойдут они быстро и надёжно — если только «преступный класс собак» не начнёт грабить почтовых кошек. Первыми клиентами станет прислуга: кошки ведь живут на кухне.

Были ли в Льеже кошачьи бега?

Были. 23 сентября 1875 года амстердамская газета Algemeen Handelsblad написала, что на днях под Льежем прошла гонка тридцати семи кошек. Участниц проштемпелевали в празднично украшенном зале общества-устроителя и отвезли в тележке в Шене, в двух с лишним часах пути от города.

Там, на капустном поле, их выпустили в воскресенье в два часа ночи. Первой в Льеж, без четверти семь утра, прибежала Блондинетта, кошка двух с половиной лет. Ей достался главный приз: роскошная корзина, пара ваз и 30 франков. Остальным призёрам достались окорока и копчёные языки. Имя Блондинетты в том же сентябре появилось и в бельгийских газетах, например в брюссельской L’Indépendance belge.

Совпадает слишком многое: Льеж, 37 кошек, два часа, первая дома примерно через 4 часа 45 минут. Заметка вышла через пять месяцев после бегов. Олден, по⁠-⁠видимому, перенёс старт с ночи на день, придумал общество с громким названием и приделал к кошкам сумочки для писем.

Бега в Бельгии тем временем продолжались. Осенью 1877 года льежское «Общество летающих кошек» выпустило под Шене около полуночи 15 участниц; через три дня, по сообщению газеты De Tijd, домой не вернулась ни одна. В ноябре 1878⁠-⁠го клуб «Катофилы» устроил бега в Брюсселе с десятью призами: первым были каминные часы, вторым — сервиз из севрского фарфора.

Откуда взялся 1879 год

Из перепечаток. 4 октября 1879 года нидерландская газета De Standaard пересказала версию Олдена как свежую новость: «После голубей, похоже, служить посыльными предстоит кошкам». В феврале 1880⁠-⁠го «кошачья почта» с теми же 6:48 обошла голландские газеты. В июне Rotterdamsch Nieuwsblad посмеялась над немецкой газетой, которая сочла Льеж городом в Нидерландах.

А 25 июля 1880 года The New York Times перепечатала из лондонского «Телеграфа» заметку о «голландских натуралистах», которые испытывают кошачью почту в городе Luik — так Льеж называют по⁠-⁠нидерландски. Шутка вернулась в собственную газету иностранной новостью.

В марте 2023 года история снова разошлась по соцсетям, и бельгийская служба новостей VRT NWS напомнила, что это сатира. Окорока, впрочем, были настоящими.