В 1947 году на московской премьере «Весны» в Зелёном театре перед показом к зрителям вышла Фаина Раневская, и зал закричал: «Муля!». Это помнит журналист Глеб Скороходов, автор книги «Разговоры с Раневской». Но Мулей зовут не её героиню из «Подкидыша», а мужа героини, которого играет актёр Пётр Репнин. Ляля только одёргивает его фразой, которую потом десятилетиями кричали вслед самой актрисе.
Кто сочинил эту фразу, из открытых источников не выяснить. Скороходов пишет, что фразу выдумала сама Раневская, но слов актрисы об этом не приводит. Соавтор сценария Рина Зелёная в мемуарах называет её «лейтмотивом» роли и авторства себе не приписывает. Версия «Раневская бросила её Репнину между дублями» ходит в пересказах без ссылок на очевидцев.
Как писали «Подкидыша»
Сценарий о пятилетней Наташе, которая вышла погулять и потерялась в Москве, написали поэтесса Агния Барто и актриса Рина Зелёная. По воспоминаниям Зелёной, в «Разрозненных страницах», сценариев они раньше не писали, а «Мосфильм» принял текст в первом варианте, без единой поправки. Раневскую и Ростислава Плятта предложила сама Зелёная. Раневская, которую кино пока не прельстило, согласилась «из дружеских чувств к авторам».
Правки шли и на площадке. Зелёная присутствовала на съёмках как один из авторов, «дописывая или меняя по ходу съёмок необходимые реплики». Домработницы Ариши в сценарии не было вовсе: режиссёр Татьяна Лукашевич и Барто сказали, что нужен ещё один комический персонаж, и Зелёная придумала его и сыграла сама.
Кто придумал «Муля, не нервируй меня»?
Неизвестно. Есть три рассказа, и каждый держится на одной строчке. Первый — у Скороходова: фразу выдумала сама Раневская, и её вставили в фильм. Откуда он это знает, не сказано. Второй — «между дублями». Журнал «Семь дней» пишет, что в авторской версии фразы не было, Раневская произнесла её Репнину между дублями, а группе реплика так понравилась, что её оставили. Источника журнал не называет, а РИА «Новости» в 2025 году пересказало это со ссылкой на журнал.
Третий рассказ — Зелёной: она называет «Муля, не нервируй меня» лейтмотивом роли, но не говорит, кто эту фразу написал. В отрывке о дружбе с Ахматовой из сборника «Судьба-шлюха» (составитель Д. Щеглов, 2003) Раневская о происхождении фразы ничего не пишет.
Почему Мулей звали Раневскую
После выхода фильма, пишет Зелёная, Раневская «буквально не могла спокойно пройти по улице»: дети бежали следом и кричали: «Здравствуй, Муля!». Когда Скороходов сказал, что зритель знает её по любимым ролям, она ответила: «Зритель! Что понимает ваш зритель, кроме „Муля, не нервируй меня“!». Стоило ему упомянуть «Подкидыша», как она, по его описанию, вздрогнула и поморщилась.
В эвакуации в Ташкенте, на прогулках с Анной Ахматовой, за Раневской бежали дети и хором кричали ту же фразу. «Я остро ненавидела роль, которая дала мне популярность», — вспоминала Раневская. Ахматова ответила: «„Сжала руки под тёмной вуалью“ — это тоже мои Мули». «Не кощунствуйте!» — закричала Раневская.
Муля и «Иван Грозный»
В 1943 году в Алма-Ате Сергей Эйзенштейн пробовал Раневскую на роль Ефросиньи Старицкой в «Иване Грозном». Глава советского кино Иван Большаков пробы не утвердил. Администратор группы Михаил Алейников писал Эйзенштейну, что Большаков настаивает: Ефросинью должна играть «русская женщина без всяких компромиссов». Скороходов добавляет, что министр знал Раневскую только по «Подкидышу» и видел в ней комедийную актрису.
В 1946 году, обсуждая отснятые эпизоды «Весны», Большаков сказал: «Эпизоды с Раневской — я не знаю, зачем это нужно?». Режиссёр Иван Пырьев на том же обсуждении заметил: «Раневская — это смех!». А себя Раневская мерила «Мечтой» Ромма, где сыграла Розу Скороход: «Есть ли у меня в кино ещё хоть одна роль на уровне „Мечты“?» — спрашивала она Скороходова.
О кино и словах — ещё две истории: почему Чаплин молчал ещё тринадцать лет после звукового кино и как Евстигнеева позвали в актёры из джаз-оркестра.
А роль Ляли она помнила. Через тридцать лет, на прогулке по Ботаническому саду, Раневская, рассказывает Зелёная, прочла ей «от слова до слова монолог из этой нелюбимой роли».
