Поздно вечером 12 октября 1768 года к воротам Зимнего дворца со стороны Миллионной улицы подъехала карета. Врач с сыном вынесли из неё спящего мальчика, завёрнутого в шубу, и по чёрной лестнице поднялись к императрице. Англичанин Томас Димсдейл взял жидкость из оспенных пузырьков ребёнка и сделал Екатерине II по уколу в каждую руку.

Ребёнка звали Александр Марков. Екатерина перенесла болезнь легко, а мальчик получил дворянство, герб и фамилию Оспенный. Врачу досталось больше: титул барона Российской империи, 10 000 фунтов стерлингов сразу и пожизненная пенсия — 500 фунтов в год с выплатой в Англии.

Почему императрицу прививали тайно?

Потому что прививка могла убить. Вариоляция — перенос материала от больного к здоровому — давала лёгкую болезнь и защиту на всю жизнь, но заражала настоящей оспой: по оценке американской Библиотеки Линды Холл, умирали один-два привитых из ста.

Димсдейлу было 56 лет, он жил в Хартфорде и в 1767 году издал книгу о прививке. Приглашение он сначала отклонил, но из Петербурга за 16 дней примчался курьер с просьбой императрицы и наследника. Размер платы врач оставил на усмотрение императрицы. В дорогу он взял сына Натаниэля, студента-медика из Эдинбурга.

Для пробы Натаниэль привил двух 14-летних мальчиков в больнице, устроенной в пустовавшем доме барона Вольфа. Материал для императрицы готовили заранее на трёх детях. После прививки Натаниэль увёз Маркова обратно в больницу и сказал любопытным, что прививали ребёнка одного вельможи. Наутро Екатерина уехала в Царское Село — будто бы распорядиться о переделках во дворце. При дворе о прививке узнали только на пятый день.

Правда ли, что врачу держали лошадей на случай неудачи?

Так рассказывают историки. Журнал «Родина» пишет, что по приказу императрицы все эти дни наготове стояла почтовая карета: если пациентка умрёт, врач успеет уехать из страны. Сам Димсдейл писал о другом — о ежедневных прогулках Екатерины по два⁠-⁠три часа на воздухе при пяти-шести градусах по Реомюру.

Сына Екатерина хотела привить материалом от себя самой, но у Павла началась ветрянка. Четырнадцатилетнего наследника привили в начале ноября, от младшего сына придворного аптекаря Брискорна.

Сенат указом от 20 ноября объявил 21 ноября днём ежегодного торжества — с колокольным звоном и иллюминацией. Благодарственную службу в придворной церкви, по записям Димсдейла, отслужили 22⁠-⁠го, и Павел стоял на ней уже здоровым. В театре поставили балет «Побеждённое предрассуждение».

Медаль работы Т. И. Иванова с надписью «Собою подала пример» и датой прививки отчеканили только в 1772 году: 14 мая Екатерине поднесли 12 золотых экземпляров на серебряном блюде. Одна такая медаль выставлена в Военно-медицинском музее в Петербурге.

Кто что получил

Кроме баронства и денег, Димсдейл стал действительным статским советником и лейб-медиком, получил 2000 фунтов на расходы, миниатюрные портреты императрицы и наследника и крыло русского орла в фамильный герб. Натаниэлю тоже дали баронский титул и золотую табакерку с бриллиантами. В марте 1769 года Димсдейла избрали членом Лондонского королевского общества.

Александр Оспенный окончил Пажеский корпус, писал императрице письма с просьбами о деньгах и умер в 1800 году, не оставив потомства.

В Москве прививки ждали знатные семьи, и Димсдейл поехал туда сам. Чтобы привезти туда свежий материал, в Петербурге перед отъездом привили двух детей. У мальчика нашли паршу, и в путь взяли одну девочку лет десяти, дочь покойного офицера. Бабушка отдала её одному господину в залог за восемь рублей — долг вернули. Стояла распутица, санный путь ещё не лёг, и дорога заняла семь дней вместо обычных трёх. Оспа у девочки высыпала в пути, а в Москве от неё одной привили больше пятидесяти человек.

Что было дальше

Через 13 лет Димсдейл вернулся в Петербург прививать внуков императрицы, Александра и Константина. В городах открывали оспенные дома, прививка стала обязательной для воспитанников казённых учебных заведений, а за каждого привитого ребёнка назначили вознаграждение — рубль серебром. В 1796 году Эдвард Дженнер привил коровью оспу, и вскоре она вытеснила старый способ.

Подробности ночи 12 октября записал сам Димсдейл. Его «Трактаты о прививке» написаны и изданы в Петербурге в 1768 году по приказу императрицы, лондонское издание 1781 года дополнено дневником её болезни по дням. Имени девочки, выкупленной за восемь рублей, в книге нет.