Письмо в петербургскую газету «Новое время» 25 июля 1896 года прислал Л. А. Идельсон, бывший старший инженер завода Евгения Яковлева. Корреспондент газеты назвал шарабан с «бензин-мотором», который ездил на выставке в Нижнем Новгороде, русским изобретением. Идельсон возразил: механизм сделан под его личным наблюдением и составляет «полную копию с механизма известной системы Бенца».
Шестью днями раньше этот шарабан показали Николаю II. Историки считают его первым русским автомобилем с бензиновым двигателем: мотор и трансмиссию сделал завод Яковлева, экипаж — фабрика Петра Фрезе. Письмо, которое должно было отнять у машины славу, заодно подтвердило, что мотор собрали в Петербурге.
Что это была за машина
Двухместный открытый экипаж со складным верхом, как у пролётки. Сзади — один горизонтальный цилиндр объёмом около литра, четырёхтактный, с водяным охлаждением и электрическим зажиганием. Мощность — 2 лошадиные силы, скорость — до 20 вёрст в час, масса — 300 кг. Две передачи вперёд, заднего хода нет. Колёса деревянные, со сплошными резиновыми шинами, задние — метр в диаметре. Повозкой правили рычагом на вертикальной колонке, без баранки.
Отставной лейтенант флота Евгений Яковлев с 1891 года выпускал на своём заводе на Большой Спасской газовые, нефтяные и керосиновые двигатели, с 1893-го — бензиновые. Горный инженер Пётр Фрезе держал экипажную фабрику в Эртелевом переулке. Оба выставлялись в 1893 году на Всемирной выставке в Чикаго, а осенью 1895-го по Петербургу ездили уже четыре автомобиля Бенца. Образцом называют то маленький Benz Velo, то более крупную Victoria.
«Журнал новейших открытий и изобретений» нашёл у машины Яковлева и Фрезе два отличия от заграничных: складной верх, «весьма нелишний для нашего капризного климата», и резиновые приводные ремни вместо кожаных. Стоила она 1500 рублей — лошадь тогда обходилась примерно в 50.
Видел ли первый русский автомобиль Николай II?
Видел, и в движении. 19 июля 1896 года, по старому стилю, император с императрицей обходили Всероссийскую промышленную и художественную выставку. Велосипедист Леонид Колотилов, который доехал на выставку из Петербурга на велосипеде и потом выпустил об этом книгу, записал: министр финансов Сергей Витте доложил государю, что это первый механический экипаж, построенный в России, и Фрезе проехал перед свитой.
«Нижегородский листок» на следующий день уложил событие в одну строку: после экипажного отдела «был демонстрирован первый русский бензиномотор». В дневнике Николая за тот день — вина и сидр, которые пробовали в разных местах; об автомобиле ни слова. К открытию выставки в городе пустили электрический трамвай, и самодвижущаяся коляска среди прочих новинок потерялась.
Обычно машина ездила по площадке у Центрального павильона — там её и снял нижегородский фотограф Максим Дмитриев. Ни Яковлева, ни Фрезе в кадре нет. Покупателя у машины так и не нашлось, заказов на копии тоже, и её увезли обратно в Петербург. Там она пропала.
Почему машину не стали выпускать
Завод Яковлева потратился на автомобиль и начал испытывать денежные трудности. В 1898 году Яковлев внезапно умер, вдова с тремя маленькими детьми продала завод человеку, которому моторы были неинтересны. Фрезе продолжал строить автомобили, но уже с заграничными двигателями. В 1902 году на манёврах под Курском восемь машин из десяти были его. В 1910-м он продал фабрику Русско-Балтийскому вагонному заводу.
Откуда мы о нём знаем
Главным образом по снимку Дмитриева: стеклянный негатив хранится в Государственном архиве Нижегородской области. В 1995–1996 годах реставраторы газеты «Авторевю» восстановили по нему машину. Специалисты Института прикладной математики имени Келдыша построили по фотографии виды сбоку, спереди и сверху, размеры деталей вычислили по росту среднего человека конца XIX века. Реплику показали на московском автосалоне 1996 года.
Спор о первенстве начался ещё весной 1896 года. 11 мая журнал «Самокат» писал о механическом экипаже, который разъезжал по окрестностям Петербурга: пассажиры клялись, что всё до последнего винтика сделали сами, но на машине почему-то висела дощечка с именем известной иностранной фирмы. Валерий Дубовской, автор книги «Автомобили и мотоциклы России, 1896–1917», нашёл в «Новом времени» объявление петербургской фирмы «Карл Шпан», которая продавала автомобили Бенца: экипажи Бенца «можно будет увидеть в действии» в Нижнем Новгороде. Иностранные фирмы к выставке не допускали, и Дубовской предположил, что фирма выдала «Бенц» за русскую машину.
Против этой версии — «Журнал новейших открытий и изобретений» и записки Колотилова: оба называют мотор работой завода Яковлева. И письмо Идельсона, который как раз и хотел доказать, что русского в машине ничего нет. Эту историю подробно разобрал Денис Орлов в журнале «5 колесо».
С февраля 2025 года реплику первого русского автомобиля показывает Музей автомобильной техники в Верхней Пышме. Рядом стоит Benz Patent-Motorwagen.
